«Достаточно ли сейчас Кюри, Боров и Резерфордов, чтобы помочь ученым из этих трех стран?» Наталия Берлова о новом символизме Премии Гамова

В 2023 году пре­мия име­ни Георгия Гамова (George Gamow® award) будет сно­ва при­суж­де­на двум уче­ным. Организатор — Русско-Американская ассо­ци­а­ция уче­ных (RASA-America, Russian-American Science Association) объ­яви­ла о стар­те сбо­ра заявок на номи­ни­ро­ва­ние. Напомним, что награ­да при­суж­да­ет­ся чле­нам рус­ско­языч­ной науч­ной диас­по­ры за выда­ю­щий­ся вклад в миро­вую нау­ку с 2015 года. В этом году коми­тет по Гамовским пре­ми­ям воз­гла­ви­ла про­фес­сор факуль­те­та при­клад­ной мате­ма­ти­ки и тео­ре­ти­че­ской физи­ки Кембриджского уни­вер­си­те­та (Великобритания) Наталия Берлова.

«Георгий Антонович Гамов выда­ю­щий­ся совет­ский и аме­ри­кан­ский физик и попу­ля­ри­за­тор нау­ки, внес­ший пио­нер­ский вклад в созда­ние тео­рии аль­фа-рас­па­да, моде­ли «горя­чей Вселенной» и при­ме­не­ния ядер­ной физи­ки к про­бле­мам эво­лю­ции звезд», — сооб­ща­ет­ся на стра­ни­це пре­мии. Гамов внес так­же суще­ствен­ный вклад в био­ло­гию, пер­вым сфор­му­ли­ро­вав про­бле­му гене­ти­че­ско­го кода. Он широ­ко изве­стен науч­но-попу­ляр­ны­ми кни­га­ми, в кото­рых на опы­те сво­е­го героя, Мистера Томпкинса, увле­ка­тель­но и доступ­но рас­ска­зал о совре­мен­ных науч­ных пред­став­ле­ни­ях. Гамов был чле­ном-кор­ре­спон­ден­том АН СССР и чле­ном Национальной ака­де­мии наук США.

Этот год, без­услов­но, осо­бен­ный для пре­мии, кото­рая вру­ча­ет­ся пред­ста­ви­те­лям рус­ско­языч­ной науч­ной диас­по­ры. Впервые уче­ных будут номи­ни­ро­вать во вре­мя пол­но­мас­штаб­ной вой­ны в Украине.

Члены RASA и мно­гие пред­ста­ви­те­ли науч­ной диас­по­ры актив­но помо­га­ют, спо­соб­ству­ют в пере­ез­де и полу­че­нии ака­де­ми­че­ских пози­ций уче­ным как из Украины, так и России.

При этом Наталия Берлова в ком­мен­та­рии T-invariant под­черк­ну­ла, что тра­ги­че­ские внеш­ние обсто­я­тель­ства не повли­я­ли на рабо­ту орг­ко­ми­те­та или выбор сре­ди номи­нан­тов пря­мым обра­зом. «Я подо­шла к отбо­ру чле­нов коми­те­та на осно­ве их репу­та­ции в ака­де­ми­че­ском сооб­ще­стве и пред­ста­ви­тель­но­сти раз­лич­ных науч­ных обла­стей. Я уве­ре­на, что до вой­ны исполь­зо­ва­лись те же кри­те­рии. Также и усло­вия для вклю­че­ния номи­нан­тов, насколь­ко я знаю, не изме­ни­лись», — отме­ти­ла Берлова.

И если эти важ­ные ака­де­ми­че­ские фор­маль­но­сти инва­ри­ант­ны, то сим­во­лизм пре­мии Георгия Гамова это­го года, по мне­нию Наталии Берловой, совсем другой.

Как зву­чит насле­дие Георгия Гамова в этом году, какой новый смысл и новая роль появ­ля­ет­ся у пре­стиж­ной награ­ды — в колон­ке Наталии Берловой для T-invariant.

«На месте Гамова легко можно представить ученых из России или Беларуси сейчас»

Последние собы­тия пока­за­ли, что, когда идет жест­кое раз­об­ще­ние людей, необ­хо­ди­мо под­дер­жи­вать те обще­ства или орга­ни­за­ции, у кото­рых есть силы и жела­ния помо­гать людям, исхо­дя из обще­че­ло­ве­че­ских цен­но­стей. Очень лег­ко, дол­гие годы рабо­тая на Западе, сей­час ска­зать: «меня это не каса­ет­ся», «а я вооб­ще уехал еще из Советского Союза», «все, кто там остал­ся, тому и поде­лом», «ну, что же вы не уеха­ли?» (обра­ща­ясь к кол­ле­гам из России или Беларуси). RASA же чет­ко и неод­но­крат­но выска­зы­ва­ла свое отно­ше­ние к войне и вклю­чи­лась в помощь бежен­цам и рело­кан­там как укра­ин­ским, так и рос­сий­ским или бело­рус­ским. Всё важ­нее ста­но­вят­ся те про­фес­си­о­наль­ные сооб­ще­ства, что гото­вы помочь «сво­им» по про­фес­си­о­наль­но­му при­зна­ку. В дан­ном слу­чае раз­де­ле­ние, будучи «про­фес­си­о­наль­ным», не раз­об­ща­ет, так как помощь долж­на быть пред­мет­ной со зна­ни­ем и инфор­ма­ци­ей, кото­рые реаль­но могут помочь людям най­ти себя в новом про­стран­стве, в меж­ду­на­род­ном науч­ном кон­тек­сте. Историй такой помо­щи очень мно­го, от помо­щи школь­ни­кам послед­них клас­сов с роди­те­ля­ми, спа­са­ю­щи­ми­ся от рос­сий­ских бом­бар­ди­ро­вок, сту­ден­там и аспи­ран­там, ока­зав­шим­ся в услов­ном Верхнем Ларсе, до про­фес­со­ров, ока­зав­ших­ся в эми­гра­ции без средств к существованию.

Мы все ока­за­лись в кру­го­вер­ти боли. Вот 17-лет­ний под­ро­сток, толь­ко что успеш­но про­шед­ший интер­вью на мате­ма­ти­че­ский факуль­тет Кембриджа, кото­ро­му еще пред­сто­ит выпол­нить усло­вия при­е­ма, сдать выпуск­ные школь­ные экза­ме­ны и в доба­вок STEP — осо­бый экза­мен для поступ­ле­ния в Кембридж. Он из Мариуполя, в самое кри­тич­ное вре­мя экза­ме­нов, почти месяц, он ниче­го не слы­шал об отце. Пока тот с бра­том и бабуш­кой выби­рал­ся из окку­пи­ро­ван­ной территории.

Вот аспи­рант, после анти­во­ен­но­го митин­га уехав­ший из России, у него серьез­но забо­ле­ла бабуш­ка, пере­жи­ва­ет, что он ее уже нико­гда не увидит.

Вот про­фес­сор исто­рии из Харькова, ее сына при­зва­ли на воен­ный медосмотр.

Вот уче­ный, физик, напи­сав­ший кни­гу по кван­то­вым вычис­ле­ни­ям и посвя­тив­ший ее сво­е­му погиб­ше­му на войне другу.

Вот про­фес­сор англий­ской лите­ра­ту­ры из Николаева, ее 80-лет­няя мама обни­ма­ет меня и гово­рит мне на про­ща­ние в кон­це ужи­на в одном из Кембриджских кол­ле­джей: «Как хоро­шо нако­нец-то слы­шать рус­скую речь!».

В этом кон­тек­сте у пре­мии Гамова появ­ля­ет­ся новый сим­во­лизм. Премия Гамова выда­ет­ся чле­нам рус­ско­языч­ной диас­по­ры «за выда­ю­щий­ся вклад в нау­ку и за уси­лия по содей­ствию меж­ду­на­род­но­му сотруд­ни­че­ству и сохра­не­нию рус­ско­го куль­тур­но­го насле­дия». Георгий Гамов — физик-тео­ре­тик, извест­ный сво­и­ми про­рыв­ны­ми иссле­до­ва­ни­я­ми в обла­сти кван­то­вой меха­ни­ки, атом­ной и ядер­ной физи­ки, аст­ро­фи­зи­ки, кос­мо­ло­гии и био­ло­гии. Он родил­ся в Одессе и рабо­тал в Ленинграде, Париже, Геттингене, Кембридже, Вашингтоне, Беркли, Болдере. Существует сте­но­грам­ма интер­вью, кото­рое Георгий Гамов дал Чарльзу Вайнеру в 1968 году неза­дол­го до смер­ти. Читая его, невоз­мож­но не удив­лять­ся цик­лич­но­сти истории.

В два­дца­тые годы про­шло­го сто­ле­тия Гамов рабо­тал в Кембридже, где в это вре­мя в про­хо­ди­ли прак­ти­ку мно­гие моло­дые уче­ные из Советского Союза (вклю­чая, напри­мер, Петра Капицу), и сво­бод­но пере­ме­щал­ся меж­ду Европой и Россией. Однако в 1931 году про­изо­шло рез­кое изме­не­ние поли­ти­че­ской обста­нов­ки. Советских уче­ных гораз­до реже ста­ли при­гла­шать и еще реже отпус­кать на меж­ду­на­род­ные науч­ные кон­фе­рен­ции. С оби­дой на самом высо­ком уровне было встре­че­но реше­ние Немецкой Академии наук не при­гла­шать пред­ста­ви­те­лей Академии Наук СССР на меж­ду­на­род­ную кон­фе­рен­цию в честь 100-летия со дня рож­де­ния Гегеля, немец­ко­го фило­со­фа, осно­ва­те­ля тео­рии диа­лек­ти­че­ско­го мате­ри­а­лиз­ма, осно­вы марксизма-ленинизма.

В 1931 году Гамов при­нял реше­ние поки­нуть СССР. Он попы­тал­ся пере­плыть Черное море в Турцию на малень­кой лод­ке. Он и его пер­вая жена про­ве­ли три дня в бур­ном море и нако­нец были выбро­ше­ны на берег в 60 милях от места стар­та. С собой у них было еды на пять дней и две бутыл­ки конья­ка. В тече­ние сле­ду­ю­щих двух лет они изу­ча­ли воз­мож­ность неле­галь­но пере­сечь гра­ни­цы с Финляндией и Норвегией. Наконец, в 1933 году, Гамов полу­чил раз­ре­ше­ние поехать в Брюссель на меж­ду­на­род­ную кон­фе­рен­цию Солвей как пред­ста­ви­тель СССР. Приглашение было напи­са­но Ланжевеном («урав­не­ния Ланжевена»), пре­зи­ден­том кон­фе­рен­ции, по прось­бе Нильса Бора (созда­те­ля пер­вой кван­то­вой тео­рии ато­ма), кото­рый мно­го раз пытал­ся помочь Гамову выбрать­ся из СССР. Чтобы полу­чить раз­ре­ше­ние на выезд для жены потре­бо­ва­лась помощь Бухарина и лич­ная встре­ча с Молотовым.

Бор наста­и­вал, что­бы Гамов после кон­фе­рен­ции вер­нул­ся обрат­но в Россию, пото­му что Ланжевен не знал о пла­нах Гамова поки­нуть стра­ну, и Бор ощу­щал себя в нелов­ком поло­же­нии. Согласно дру­го­му участ­ни­ку этой извест­ной кон­фе­рен­ции, Паули («прин­цип исклю­че­ния Паули»), Гамов ужас­но высту­пил на кон­фе­рен­ции: он был в отча­я­нии. Потребовалось вме­ша­тель­ство еще одно­го леген­дар­но­го физи­ка, Марии Склодовской-Кюри, кото­рая пого­во­ри­ла с Ланжевеном и полу­чи­ла его офи­ци­аль­ное согла­сие на то, что­бы Гамов остал­ся (Ланжевен не мог отка­зать когда-то люби­мой жен­щине из – за кото­рой чуть не погиб на дуэ­ли). В Брюсселе Гамов с женой оста­лись без средств к суще­ство­ва­нию. «Я дол­жен был пере­жить зиму, поэто­му я был рас­пре­де­лен меж­ду мадам Кюри, Бором и Резерфордом», вспо­ми­на­ет Гамов в интер­вью. Кюри содер­жа­ла его два меся­ца на сти­пен­дии в сво­ей лабо­ра­то­рии, затем то же самое сде­лал Бор, затем Резерфорд и так до тех пор, пока не появи­лась долж­ность в Америке, и Гамов уехал из Европы в Университет Джорджа Вашингтона.

На месте Гамова лег­ко мож­но пред­ста­вить уче­ных из России или Беларуси сей­час. Но доста­точ­но ли сей­час Кюри, Боров и Резерфордов, что­бы помочь им?! Я наде­юсь, что вру­че­ние пре­мии Гамова ста­нет сим­во­лом един­ства меж­ду­на­род­но­го науч­но­го сооб­ще­ства и нашей готов­но­сти помочь уче­ным в беде, без раз­де­ле­ния их на национальности.

Оргкомитет сооб­ща­ет, что номи­на­ции (не более одной стра­ни­цы тек­ста с обос­но­ва­ни­ем) мож­но при­сы­лать до 15-го июля по адре­су [email protected]. Премия будет при­суж­де­на лау­ре­а­там лич­но на еже­год­ной кон­фе­рен­ции RASA, кото­рая прой­дет 15-16 октяб­ря 2023 года в Чикаго, штат Иллинойс, США. Положение о пре­мии и инфор­ма­цию о лау­ре­а­тах про­шлых лет мож­но про­чи­тать на стра­ни­це пре­мии.

  11.06.2023

, , ,